В «Bella Bite» всегда толпа и не протолкнуться. Лиам ловко протискивается между столиками, расточает елейные улыбки и скрупулёзно записывает заказы, дважды подчёркивая особо важные пункты. Специально — чтобы Конни ничего не перепутала и сделала всё как нужно.
Конни же, конечно, всё путает.
Под конец смены Лиам долго выясняет с ней отношения, спорит, доказывая, что не мог ошибиться, а она лишь пожимает плечами. Этот Лиам слишком учёный для их скромного заведения, и его поведение бесит её до чёртиков. Но что поделать. Он считает эту пиццерию временным пристанищем. У него множество долгоиграющих планов: возможный переезд в большой город и даже собственное заведение, где он будет контролировать все процессы и обязательно уволит всех сотрудников, которые доставляют проблемы.
— Кстати, Эдвард, почему ты её не уволишь? — вновь и вновь спрашивает он, когда Констанс в очередной раз просит добавить побольше сыра клиенту с аллергией на молочку.
Эдвард не объясняет, чем именно обязан такому навязанному сотрудничеству, и это злит Лиама ещё сильнее, заставляя вновь и вновь вступать в споры с самым безответственным сотрудником пиццерии. Та держится только лишь благодаря его молитвам, а не профессионализму каждого отдельного кадра — по крайней мере, по мнению Лиама, который очень даже в себе уверен.
Лиам кладёт заявление на увольнение, чем вызывает у Конни беспредельную ненависть. Бросить корабль, перебежать в собственное новомодное заведение, где подают этот дурацкий бабл-ти (как оказалось, очень даже вкусный) и новомодные пирожные. Конни трудно себе признаться, что она без ума от этих безумных десертов и странных напитков. Для неё Лиам — предатель. Поэтому когда он иногда заглядывает поболтать с Эдвардом о бизнесе, она нарочно делает всё возможное, чтобы он ушёл поскорее в своё пристанище и перестал смотреть на неё таким прожигающим взглядом.
Да, если она пару раз закидывала его витрину тухлыми яйцами, он ничего не докажет. Даже в тот раз, когда он поставил камеру видеонаблюдения и предоставил доказательства. У неё вообще никогда не было такой уродливой голубой шапки и леопардовых леггинсов (только тигровые). Поэтому, пожалуйста, держись от нашей пиццерии подальше. Даже если я десять раз прохожу мимо, делая вид, что мне совсем неинтересно.

(кратко: Лиам после универа устроился официантом, сумел сцепиться с Конни и вечно конфликтовал (это не оч сложно), потом ушел готовить пиццу, чтобы реже её видеть. Потом открыл своё заведение (получил наследство? накопил?) и теперь стал селебрити. Все безумные новомодные десерты и напитки - у тебя. И тот молочный коктейль цвета радуги в форме единорога (мой любимый).

[indent]Приветик, давно тут отдыхаешь? Если дочитал до конца, вот тебе медалька. Тут слабая зарисовка мущины, которого я бы ждала в пару. Если ты думаешь что я крейзи, то правильно думаешь. Хочу историю с элементами юмора, толикой безумия и тех самых ромкомов, где герои просто не могут словами через рот выразить всё, что их беспокоит (ну Конни точно, хотя обычно она не скромничает в выражениях). Полное имя в моей голове - Лиам Хорниман, но если тебе не ок, можно поменять + могут занять в любой момент, так что ты уж подумай. Общий нарратив изменить не получится, но в целом я оч гибкая в плане деталей и подстраиваюсь, если это не противоречит персу. Пишу в среднем 3-5к, со скоростью - как получится. Могу и 5 постов в неделю, могу 1 в месяц. Люблю флуд и шутейки, но могу ограничиваться чисто общение во флуде, но совсем без шутеек не могу. Прости. Если не передумал, шли голубей.

ты появился в моей жизни, когда я только закончила школу и пыталась собрать воедино свое разбитое сердце. я не искала новых отношений, но ты оказался рядом именно тогда, когда мне особенно хотелось почувствовать себя нужной. ты был заботливым, внимательным и нежным. умел слушать, запоминал мелочи и всегда находил нужные мне слова. рядом с тобой я постепенно перестала бояться снова влюбиться и даже сама не заметила, как сильно к тебе привязалась.

ты казался тем самым рыцарем на белом коне, который пришел, чтобы доказать, что настоящая любовь существует. ты убеждал меня, что прошлые отношения никогда не были любовью, что я просто не знала, каково это — быть по-настоящему любимой. и я верила тебе, потому что рядом с тобой действительно чувствовала себя особенной. я не понимала, что ты не помогал мне забыть прошлое, а постепенно учил сомневаться в собственных чувствах, воспоминаниях и решениях.

ты умел получать желаемое, не прибегая к прямым запретам. тебе хватало холодного взгляда, обиженного молчания или пары фраз, чтобы я начинала испытывать вину. ты приучил меня заслуживать твое внимание, бояться разочаровать тебя и верить, что без тебя я не справлюсь. ты знал о моих слабостях все, потому что я сама доверила тебе каждую из них. и самое ужасное — ты никогда не переставал быть нежным. после каждой ссоры ты снова становился тем человеком, в которого я когда-то влюбилась, а я, то и дело, цеплялась за надежду, что однажды все наладится.

я поняла, что что-то не так, когда во время очередной ссоры ты использовал против меня то, чем я поделилась с тобой наедине. позже я случайно услышала, как ты говоришь обо мне с кем-то из знакомых. ты смеялся над моей зависимостью от тебя и совершенно спокойно признавался, что знаешь, как заставить меня остаться несмотря ни на что. в тот момент я впервые увидела разницу между человеком, которого любила, и тем, кем ты был на самом деле.

я ушла не сразу. ты извинялся, обещал все исправить, и я снова тебе поверила. однако я начала замечать некоторую закономерность: ты становился идеальным только тогда, когда чувствовал, что теряешь надо мной контроль. окончательно решиться на разрыв мне помог разговор с близким человеком, который спросил, когда я в последний раз думала о собственном счастье, а не о том, как сделать счастливым тебя.

я ушла, хотя все еще любила тебя. и, наверное, именно поэтому последствия оказались такими неприятными. теперь мне проще допустить человека к своему телу, чем к собственным чувствам. физическая близость не требует доверия, полного погружения и не вызывает страха, что однажды твою уязвимость используют против тебя. ты научил меня сомневаться в любви, но так и не смог заставить меня окончательно от нее отказаться. просто теперь я боюсь, что однажды снова перепутаю заботу с контролем, нежность — с манипуляцией, а желание быть рядом — с необходимостью принадлежать кому-то.

---

* имя можно выбрать на свой вкус
** внешность обсуждаема
приходи сразу в лс сосаться

глупое знакомство, похожее на романтическое кино.

фрэнсис повидала и реки крови, и горы сломанных костей. её уже ничем не удивить, такова участь врача отделения неотложной помощи. когда она только начинала, ей сказали, что не приживется — слишком сердобольная, а таких не любят сложности. что же, эти «сложности» просто не знали, из какого она теста.

разумеется, что душу никому не раскроешь за несколько бесед. лишь очень близкие друзья фрэнсис были в курсе, насколько ей пришлось стараться, чтобы выкорчевать себе местечко из-под гнета воспитания отца. все слышат, как тяжело расти с бывшим военным, но мало кто испытывает это на своей шкуре. он мечтал о сыне: продолжении фамилии, лично подобрал имя. родилась девочка, имя оставили. отец никогда не бил ни её, ни мать, но он так и не вернулся домой. однажды мама сказала, думая, что малышка фрэн спит, что её папа остался на войне. «не спеши судить его. пожалуйста», — это тоже говорила мама, продолжая успокаивающе гладить мужа по плечу.

фрэнсис не особо хотела понимать. её злило всё, что касалось отца. её злило, что её хотят отправить учиться по его указке, и никакие травмы прошлого не оправдывали его отвратительное поведение. фрэнсис тошнило от войны, как и от смерти, поэтому она выбрала бороться за жизнь всех. можно сказать, что она утёрла нос многим коллегам, пережила старые-добрые сплетни, злые языки о её умственных способностях, усмехаясь себе под нос.

но все это случилось уже после всего одного глупого знакомства. да-да, того самого, как в кино.

она только-только начинала, боже, оглянуться назад, она была чуть ли не птенцом. привезшего молодого человека — она не дала ему больше тридцати — с огнестрельным ранением спасать пришлось ей. не потому что она была гением медицины, не потому что её допустили, а потому что она единственная подбежала к нему, заметив суматоху и отчаянное сопротивление пациента. порыв, импульс, она просто знала, что должна была коснуться ладонями его щёк и сказать, что все в порядке. все будет хорошо. на удивление он мгновенно замолк, смерил её неожиданно осознанным взглядом.

я найду вас попозже. сходите со мной на свидание?

она не успела ответить. долго качала головой самой себе, позвонила подруге, выслушав энергичное: да уж, фрэнки, и работа, и уже первый встречный на свидание зовёт! хэй, если не срастётся, то дашь мне его номерок?

— над чем смеемся? — тихий вопрос раздается рядом с ухом. фрэнсис знает, что он приходит домой в разное время, но всегда оставляет поцелуй в висок. — ты помнишь маргарет?.. она просила твой номер, когда ты пригласил меня на свидание. «если не срастётся». — и как всё прошло? сраслось? — м-м-м... ты всё еще на испытательном сроке. — прошу заметить, что мы в браке пятнадцать лет. — вот видишь, как много шансов я тебе даю. — вы само благородство, миссис уотерман.

красивая свадьба, свой дом, муж, мимолетом бросающий, что ей нет смысла работать. фрэнсис завидовали столько, сколько она себя помнит — сначала за успехи на работе, затем на личном фронте. никто не поверил бы ей, скажи она, что любила бы освальда, будь они лишены всего. она никогда не чувствовала себя такой особенной, любимой и нужной.

но кто их сглазил?.. может быть, что кто угодно. с годами освальд изменился: молчаливее, мрачнее. он перестал рассказывать ей что-либо о работе, ей пришлось самой, пока она не стала получать категоричные отказы. она знала, что нечто грызет его, давит на грудную клетку, и всегда открытое для неё сердце внезапно спряталось за замком.

фрэнсис объявила о беременности. глупый способ все исправить, однако её освальд вернулся в то же мгновение. счастье в его глазах, успевшее стать непривычным, смешалось со смехом, когда он крепко обнял её и закружил вокруг. фрэнсис услышала множество благодарностей, горячих признаний в любви, извинений, и всё обещало снова стать хорошо.

но
кто
их
сглазил?

у них могла быть девочка. фрэнсис чувствовала это, знала, проревев в приготовленной детской. освальду было не легче. она допускала мысль, что он не сможет себе простить, что его не было рядом в этот момент. работа.

все чаще фрэнсис замечала, как с годами её ладонь на его плече походила на мамин жест. она вглядывалась в его лицо после каждого прошедшего дела, уверенная, что заметит первые следы болезни под названием война. рок, что забрал её отца, жестокая шутка, забравшая их ребёнка, но

ничто не заберет её мужа.

фрэнсис не позволит.

---

от автора: в пару. если вы любите красивые истории, где мужчина молится на женщину, то нам по пути.

давайте я сразу вывалю свои ред флаги, чтоб вы знали, а нужно ли вам приходить к такому замечательному мне. я пишу лапслоком и не перевариваю большие буквы.

что по грин флагам: я облизываю соигрока, боготворю ваши буквы и пишу серенады во флуде; я люблю мусолить хэды и легок на подъем; всегда вас одену ( и раздену ).

на этом собеседование окончено, если хоть один наш тараканчик оказался общим, то я не знаю, почему мы ещё не получили премию лучшая пара русфф…